Вот он, колоссальный вес детали! В политике, в делах церковных и делах светских. А в итоге – в жизни земной в целом. Сколько усилий было вложено в подготовку визита Патриарха Кирилла на Украину! Готовились церковники, работала мощная российская пропагандистская машина, суетились политики по обе стороны границы, посильный взнос делали олигархи разного масштаба.

И вот достаточно было Его Святейшеству сдвинуть рукав, чтобы взглянуть на часы… За короткое мгновение фотокамера успела зафиксировать сами часы. И колоссальные усилия оказались в значительной мере перечеркнуты. Благодаря Интернету в считанные минуты миллионы людей открыли для себя, что Его Святейшество носит часы фирмы Breguet стоимостью приблизительно в 30 тысяч евро.

Партнеры

Филиппики ‘безудержному потреблению’

Конечно, на первый взгляд, ничего грешного в этом нет. В конце концов, Патриарх Кирилл не самый бедный человек в России, и нигде, никакими церковными канонами не запрещено священнослужителю пользоваться супердорогими часами. Вопрос, понятно, в другом.

Конечно, речь идет о вере. Вере в Бога. А также вере, точнее – доверии к тому, кто призван крепить эту веру в людях, нести слово Божье к ним. Оно или есть, или его нет.

Когда Его Святейшество выходит к тысячам людей, стоящих под жгучим июльским солнцем на улицах в столице, а еще миллионы ждут перед телевизорами, и с болью в голосе начинает говорить об угрозе ‘безудержного потребления’, а затем эти же люди видят на его руке часы за три десятка тысяч евро, доверие к духовному лицу это отнюдь не укрепляет.

Нужно признать, если бы даже Патриарх Кирилл никогда и словом не оговорился об угрозе этого самого ‘безудержного потребления’, то и в этом случае недешевые часы легендарной швейцарской фирмы, мягко говоря, плохо вяжутся с образом пастыря человеческих душ, для которого духовное должно быть априори выше всех благ этого мира, другими словами – выше материального.

Но Его Святейшество к тому же много и охотно развенчивает современный культ потребительства в самых разных его проявлениях.

Его проницательный взгляд обращен ко всем, кто смотрит прямой эфир с участием Патриарха на самом рейтинговом украинском телеканале – ‘Интер’, а голос возносится против ‘потребления’: ‘Процессу потребления нет предела. Можно купить один самолет, другой, третий. Но что это значит по отношению к обществу? Земля не способна выдержать такой проект. А значит, поддерживать его – грех. Бог просто не дал нам таких ресурсов. Потому очень важно научиться христианской аскезе – победе над своими страстями, инстинктами’.

‘Если все общество встанет на путь безудержного потребления, то Земля наша этого не выдержит. Уже доказано, что если средний уровень потребления всего мира будет таким, как сейчас в Соединенных Штатах, то оставшихся ресурсов хватит на 40−45 лет’, – предупреждает он телезрителей.

Патриарха печалит, в частности, и то, что ‘безудержный потребительский инстинкт, овладевающий сегодня все большим числом людей, на самом деле лишает их обычной радости от приобретения каких-то вещей. Возникает аномальная ситуация, когда человек, поддаваясь рекламе, моде, начинает гнаться за последними моделями мобильных телефонов и автомобилей’.

Предстоятель РПЦ очень тонко чувствует страдание людей от этого: ‘У человека возникают совершенно другие уровни удовлетворения. Например, он получает удовлетворение от того, какое место в списке журнала Forbes он занимает, и переживает как личную трагедию, если по этому списку он опускается вниз’.

Даже в нынешнем экономическом кризисе Патриарх видит определенный позитив. По его мнению, кризис может стать ‘встряской’, в которой сегодня нуждается западноевропейская цивилизация, весь благополучный западный мир’. ‘Кризис может в этом смысле научить людей сдержанности, научить рачительно относиться к своим финансовым возможностям. Но самое главное – он учит христианской аскезе, умению управлять своими инстинктами и страстями’.

А вот на встрече со студентами украинских духовных учебных заведений он направляет свое гневное слово против современных супермаркетов и торгово-развлекательных центров: ‘Супермаркет, где можно отдохнуть, поесть, покататься на коньках, – вот храмы XXI века. Храмы-развлекаловки, которых в Москве больше остальных общественных заведений. Поэтому напрасно некоторые думают, что люди пойдут в настоящие храмы в массовом порядке’. ‘Деньги стали символом благополучия и гарантией свободы, власти. Но это иллюзия, возникшая на волне расцвета общества потребления’, – продолжил он.

А вот на киностудии Довженко, встречаясь с интеллигенцией, он опять возвращается к наболевшей теме. Как заметило одно из интернет-изданий, ‘тогда Святейший был еще беспощаднее к идеологии безудержного потребления’. ‘Как-то я спросил одного очень богатого человека: ‘А вы испытываете удовольствие от новой вещи?’ Он улыбнулся: ‘Только в тот момент, когда подписываю чек’. Безудержное потребление снимает радость обладания новой вещью. У человека, заболевшего этой страстью, теперь другие способы удовлетворения, например, место в списке журнала ‘Форбс’. Я понимаю, что у каждого свои игрушки, но некоторые из них опасны. Бог не дал нам ресурсов, чтобы всем жить так. А колоссальные диспропорции в потреблении – грех’.

Убедительно? Убедительно, говорят себе люди, те самые миллионы людей на Украине, которые слушали пастыря в телеэфире, те люди, которые ‘интеллигенция на киностудии Довженко’, которые ‘студенты духовных заведений’ и многие другие. Но тут же их взгляд падает на часы за 30 тысяч евро. И они спрашивают себя: извините, а разве это не та же ‘игрушка’ (помните ‘последние модели мобильных телефонов, автомобилей’ и так далее?), о которых Патриарх ведь говорил ‘некоторые из них опасны’? А поскольку такой ‘игрушки’ у меня нет, не формирует ли мой духовный пастырь те же ‘колоссальные диспропорции’, которые сам же называет ‘грехом’?

‘Личный пример – это то, без чего священник не может нести служение’

Так и возникает множество вопросов, разрушающих доверие к пастырю. Он ведь сам не раз говорил о том, насколько важно священнослужителю личной жизнью учить людей вере, крепить веру.

Скажем, вот одно из российских информагентств дает новость под красноречивым заголовком: ‘Патриарх Кирилл призвал искоренить хамство, которое порой имеет место в православных храмах и отпугивает людей от православия’.

‘Мне приходилось разговаривать с людьми, которые всю свою веру потеряли только оттого, что, первый раз войдя в храм, они встретились с грубостью, злобой, раздражительностью’, – сказал Патриарх Кирилл при вручении дипломов выпускникам Сретенской духовной семинарии в Москве. По мнению предстоятеля Русской церкви, вина за грубость и невежество церковных служащих часто лежит на священнике, который ‘не умеет правильно жить и быть примером для других’.

‘Личный пример – это то, без чего священник не может нести служение’, – подчеркнул Патриарх. Как отметил он, в наше время, когда люди перестали верить словам, жизнь священника – постоянная проповедь делом’.

Ну и какая же здесь ‘проповедь делом’ получается из жизни Патираха Кирилла, спрашивает себя прихожанин? И это уже не говоря о каверзных вопросах не столь философского плана, которые приходится отгонять от себя: ‘А когда я опускаю свои десять (двадцать или сто) гривен в шкатулку ‘на строительство храма’ или покупаю свечу, чтобы поставить ее с молитвой за здравие Патриарха, куда идут эти средства? Все же на храм или…’

Вот такие последствия желания Патриарха во время богослужения узнать, который час.

Спасибо, Ваше Святейшество, но лучше нам жить по разным часам

Возможно, вы спросите автора: а при чем тут создание Украинской поместной церкви? Для многих людей, убежден, все же ‘при чем’. Пусть для разных людей – по-своему.

Везенье и счастье духовных поводырей во всем мире заключается в том, что многие люди идут за ними (будь эта церковная
жизнь или партийное строительство) – потому что просто верят им. Верят не аргументам, не цифрам или фактам, а, так сказать, ‘вообще’. Потому, что они кажутся им красивыми, духовными, энергичными (политтехнологи, имеющие дело с вождями и массами, как известно, называют это харизмой).

Но в этом же и беда духовных поводырей. Если какая-то деталь, какой-то пустяк, что-то казалось бы второстепенное и несущественное покачнет эту веру, людей могут перестать убеждать и цифры, и факты, и поступки. И тогда тот, кому до сих пор верили на слово, хоть со скалы в бездну сигай, у людей будут стоять перед глазами те самые часы, и скажут: не верю. Иными словами, когда Его Святейшество говорит, что поместная церковь на Украине уже есть и не нужно брать себе в голову, то возможно, над этим стоит все-таки подумать, спрашивают эти люди себя…

Знаменитый патриарший жест ‘который час на моих часах?’, наверное, будет иметь свое влияние и на других людей. Тех, кто живет не по принципу ‘верю – не верю’, а строит свою жизнь на логике и дедукции с индукцией. Наверное, много раз эти люди могли задумываться над тем, должны государственные границы совпадать с границами церковными или нет, углубляться в историю вопроса: как Киев из духовной столицы перестал быть ею? – и соглашаться, что несмотря на все моральные преимущества идеи украинской церковной автономии, есть еще формальные процедуры, которые надлежит пройти. Но здесь играет роль та же деталь.

Эти люди прекрасно осознают, что Патриарх, несмотря на все свои проповеди, носит и носил далеко не часы фабрики ‘Луч’, а таки Breguet… Также не сомневаются, что в гараже у него стоят не ‘Лада’ с ‘Дэу’, а ‘Мерседес‘ или ‘Бентли’. Знают, что живет он совсем не в ‘хрущевке’ да еще многое другое. Для себя они приняли законы современного мира, потому что так же помнят, что предстоятель Украинской православной церкви Филарет тоже не на ‘Таврии’ передвигается, а значит, с обретением поместности украинской Церковью в вечных взаимоотношениях пастырей и масс мало что изменится.

Здесь играет другая деталь… Погодите, говорят себе такие люди, но он же, Патриарх Кирилл, к нам, как в свою вотчину ехал. Привык, что в России во время визита к провинции никто бы никогда не осмелился сфотографировать эти часы, не говоря уж о том, чтобы всем эти фото показать. Поэтому и к нам с той же уверенностью ехал. Мол, кто посмеет. Вот если бы собрался ехать в Европу или Штаты, спрятал бы дорогие часы подальше. На время поездки, конечно. Так, выходит, мы для него таки вотчина?

Автор, конечно, может в чем-то ошибаться. Но, думаю, лишь в деталях. В целом убежден, лучше было бы Патриарху Кириллу не узнавать, который тогда был час. Потому что многие люди на Украине после этого скажут: спасибо, Ваше Святейшество, но лучше нам все-таки жить по разным часам. Вам, дай, Бог многая лета – по вашему Breguet. Нам – по своим, какие уж кому Бог послал.